Жениться за 30 дней, или Замуж по-быстрому (СИ) - Романова Екатерина "katerinaromanova" - Страница 37

— А еще хотел бы отвести тебя в настоящий ресторан.

— Ресторанчик в тихом уютном старом порту? — мне вспомнилось место, о котором рассказывал таксист, и захотелось там побывать.

Предложение было одобрено и уже через сорок минут мы сидели в уютном местечке, наслаждались приятной музыкой, плеском волн, домашней атмосферой и удивительно вкусными блюдами, не вспоминая о недавнем разговоре в парке.

Ни таксист, ни владельцы заведения не обманули. Морепродукты действительно были самыми свежими. Мы видели, как за окном рыбаки взмахивают удочками, как пришвартовываются к причалу лодки, наполненные добычей. Была в этом какая-то особая романтика.

Впрочем, в середине ужина все изменилось и от романтики не осталось и следа. Зазвонил мой телефон. Даже не глянув на табло, ответила:

— Алло, — мой голос звучал весело и расслабленно. Именно так я себя и чувствовала после вкуснейших блюд, двух бокалов белого сладкого вина и приятной беседы.

— Лирочка, я тебе помешала? — голос мамы, тревожный и тихий, едва не срывался на плач. Я сразу заподозрила неладное. Внутри пробежался неприятный, колющий холодок:

— Что с папой?

— Ему стало хуже, — мама все же не удержалась и всхлипнула. — Я пыталась до тебя дозвониться, но ты не отвечала. Мы уже в Германии. Операцию перенесли на завтра. Он не приходит в себя…

— Я немедленно вылетаю к вам! — даже бросила салфетку и поднялась. Вслед за мной поднялся и Райан, который тревожно всматривался в мое лицо, пытаясь понять, что случилось.

— Нет-нет. Ты все равно ничем не сможешь помочь. Все, что могла — уже сделала. Если бы не эти деньги, мне даже страшно подумать, что было бы… Я все оплатила, остается лишь ждать. Сейчас ему берут анализы, готовят к завтрашнему дню. Просто я решила… что ты должна знать.

— Конечно, должна, мама! Все же считаю, будет лучше, если я прилечу. Я не могу оставить вас одних.

— При тебе я точно не сдержусь и расклеюсь. А ты знаешь, твой папа не переносит женских слез. Операция завтра в три. Сколько продлится по времени — не знаю, но, как только все закончится, я тебя сразу же наберу.

— Хорошо, — усаживаясь обратно за стол, выдохнула я. По щекам стекли слезы. Поверить не могу, что папы может не стать. Я так радовалась предстоящей операции, как спасению, как решению проблем и даже мысли не допускала, что может вмешаться такой вот случай… — Мам…

— Я знаю, доченька. Знаю… Не нужно прилетать. Занимайся своими делами. Помолись. Будем верить, что все закончится хорошо. Это я должна быть сильной и подбадривать тебя, но никак не наоборот.

— Перестань. Мы одна семья. Чуть что — звони. Сразу же звони, хорошо? Я буду держать телефон при себе все время, даже ночью…

— Целую, дорогая.

Райан все понял без слов и, когда я положила трубку, на столе уже лежал оплаченный счет. Посмотрела пустыми глазами на кожаную книжечку, на блондина, снова на книжку…

— Я могу чем-то помочь?

— Ты уже сделал больше, чем должен был… — и сейчас было плевать, поймет Райан или нет, что мы с Лирой — один и тот же человек. В душе царила ноющая тоска. Хотелось взять пульт, нажать кнопку перемотки и перескочить в завтрашний день, на шесть, а лучше восемь вечера, чтобы узнать, что операция прошла хорошо и отец уже восстанавливается. Но, увы… в отличие от Макнамары, я не обладала магией. — Ты умеешь исцелять людей?

Глупый вопрос, бесполезная, отчаянная попытка ухватиться хотя бы за иллюзию спасения от неизбежности… Ведь я понимала, даже, если операция пройдет успешно, отцу не прожить долгую жизнь. Во всяком случае, не прожить столько, сколько бы он мог без этой болезни.

— Идем, — не ответив на вопрос, мужчина протянул мне руку и лишь в машине едва слышно произнес: — расскажи подробно, что случилось.

— Дорогой мне человек очень болен и завтра ему будут делать операцию. Вот только я не уверена, что все пройдет хорошо…

— Есть разные способы помочь, Лира…

Я в страхе расширила глаза. Нет. Только не сейчас. У меня нет сил разбираться еще и с этим…

— Прости, Клодин, — Райан потер переносицу. — У моей журналистки тоже проблемы с близким человеком, почему-то вспомнил о ней. Да и вы, признаться, чем-то похожи. Не пойми превратно. Что-то в твоем взгляде, — он задумался ненадолго, но тряхнул головой и продолжил. — Я могу побеседовать с Клодом.

— Он что, тоже… маг? — последнее слово я произнесла одними губами, кинув растерянный взгляд на водителя. Но тот совершенно точно не понимал нашего языка, лучезарно улыбался и вел машину, изредка вставляя фразы на испанском.

— Не стоит сейчас об этом думать. Если ты предоставишь больше информации, я попробую тебе помочь. Но никаких гарантий. Мы, увы, не лекари.

— Спасибо, — всхлипнула я, устроившись в утешительных объятиях и всерьез раздумывая над тем, чтобы довериться мужчине, который за сегодняшний день как-то незаметно стал важной частью моей жизни.

К счастью, видя, в каких я расстроенных чувствах, Райан не стал настаивать и провожать меня до двери. К тому же, я не знала, к какой именно двери его вести, а играть в кошки-мышки не было ни желания, ни сил. Сейчас я хотела одного: лечь в постель и уснуть. Забыть, что мамин звонок вообще был. Или вернуться в тот момент, когда все было хорошо. Увы, ни первого, ни второго я в любом случае не получу. Совсем скоро самолет, который унесет нас в Италию, а машину времени еще не изобрели. К тому же, можно отсрочивать неизбежное сколько угодно, но оно все равно наступит, а, значит, следует расправить плечи и принять эту неизбежность с гордо поднятой головой. Но лишь в том случае, если ничего нельзя сделать. А в моем случае можно воспользоваться предложением Райана.

После ухода блондина я просидела в холле не меньше двадцати минут, обдумывая со всех сторон просьбу, которую собиралась адресовать ему. Во-первых, я должна во всем сознаться. Должна сказать, что я, Лира, и есть Клодин. Макнамара оказался не таким избалованным и поверхностным, как мне показалось и с моей стороны нечестно его обманывать. Я чувствовала, что наши чувства взаимны, а ложь — плохая основа для отношений. Отношений. Ведь он первым о них заговорил. Во-вторых, я попрошу помощи. С его удивительными способностями к… магии? Магии… странное слово. Но, как бы то ни было, с его способностями к магии, возможно, он действительно сможет сделать больше, чем официальная медицина? Следует обсудить все возможные варианты помощи моему папе.

Набравшись решимости, я поднялась и, пока не передумала, направилась в номер звезды. Чем ближе подходила к двери, тем страшнее было, тем сильнее колотилось сердце. Как он воспримет мое откровение? Обрадуется или разозлится? Я теребила кольцо цветочной жены на безымянном пальце. Этот неосознанный жест странным образом успокаивал. Остановилась возле двери, занесла руку, чтобы постучать, но заперто не было. В груди закопошилась тревога. А, вдруг, с ним что-то случилось? Или прокрались воры, убийцы, последователи культа Морааны, которые подбрасывают воронье в номера?

Не раздумывая, открыла двери и прошла внутрь. Из гостиной доносились голоса Клода и Райана. С одной стороны, волнение тут же схлынуло, с другой — разрасталась тревога, ведь разговор шел о Клодин. Приличная девушка во мне потребовала развернуться и уйти, а журналист заставил остаться и слушать. Всегда лучше подслушать и попросить прощения, чем не подслушать и потом набить шишек из-за своего незнания.

— Умоляю, скажи, что ты ее нашел! Она была так расстроена, что я даже номера не взял. А что, если в самолете снова ее не найдем?

— Не найдем, — подтвердил Клод и поспешил объясниться. — По той причине, что никакой Клодин ни среди швей, ни среди помощниц швей, ни среди других работников турне нет.

— Как так нет, если есть?

— Мне жаль, сэр, но, либо вас вводят в заблуждение, либо…

— Мораана? — разочарованно протянул блондин. — Думаешь, это ее рук дело? Клодин мне правда понравилась. Мы даже поженились!

Я прямо чувствовала, как он демонстрирует Клоду кольцо и с теплой улыбкой посмотрела на собственное.