Жениться за 30 дней, или Замуж по-быстрому (СИ) - Романова Екатерина "katerinaromanova" - Страница 27

— Ты же романтик! К тому же, всегда давал мне дельные советы. Что с тобой случилось?

— Сапожник без сапог, — мужчина пожал плечами.

— Думаю, когда ты встретишь свою единственную, у тебя не будет вопроса она это или не она. Ты просто сердцем поймешь.

— И кто из нас романтик? Сердце — не тот орган, которым следует руководствоваться, принимая решение на счет женщины.

— Пошляк!

До аэропорта мне удалось не встретить Макнамару. В отеле его не было, ни за обедом в ресторане, ни в коридорчиках. В сам аэропорт мы также ехали порознь, но в этот раз нам с Дюком вновь предоставили отдельный автомобиль. В самолете, как и было обещано, мы сидели рядом, но… Несмотря на физическое присутствие блондина, он отсутствовал. Мысли мужчины витали где-то далеко. Он не слушал фавориток, ужами крутившихся вокруг него, не с первого раза понял, что стюардесса спрашивает на счет меню и даже с Клодом перебросился лишь одной фразой «ты ее нашел?». Клодин. Ее нигде не было.

— Но, как так? Она точно из моего турне, — чуть слышно произнес Райан склонившемуся к нему Клоду.

— Простите, сэр, но в самолете ее нет…

— Она здесь! Где-то здесь, я чувствую! Подожди, я сейчас!

Блондина осенила какая-то идея, и он скрылся в отсеке для стюардесс. Через мгновение заскрипел микрофон, и весь самолет услышал голос Райана.

— Приветствую вас, друзья, на борту Макнамаролета!

В ответ на приветствие раздались довольные и радостные возгласы, которые быстро стихли после следующей фразы:

— Вы знаете, турне проходит под девизом «в поисках единственной». Сегодня утром я встретил прекрасную незнакомку по имени Клодин, — мои щеки обожгло огнем. — Дорогая, если ты здесь, то завтра в полдень я буду ждать тебя на площади Каталонии.

Я внимательно наблюдала за реакцией окружающих. Клод с какой-то таинственной улыбкой смотрел на меня, фаворитки недовольно переглядывались и кривились, пытаясь выяснить, кто такая Клодин. Даже Дюк оживился от этой новости:

— Отличный сюжет! По крайней мере, план мероприятий на завтра начинает формироваться.

— Это не сюжет, — отрезала я, глядя, как Макнамара занимает свое место и становится центром недовольного вихря под названием «гнев фавориток». Они наседали на него, пытаясь выяснить личность конкурентки, но Райан сам этого не знал, потому ничем не мог порадовать или огорчить своих девиц.

— Как это не сюжет? Ты нюх потеряла?

— Чего?

— Журналистский нюх на сенсации! Вся пресса будет там!

— Вот именно, что же в этом хорошего? Писать о том, о чем и без меня напишут.

— Подожди, — кажется, фотограф начинал о чем-то догадываться. — Постой, Лира, ты не…

— Тсс! Не шуми, а то услышат!

Хоть мы и сидели на некотором отдалении от Клода и Райана, они все равно могли услышать наш разговор, если бы очень захотели.

— Офонареть! Когда? Как? Мне нужны подробности!

— Не здесь, Дюк. Приедем в отель, я тебе все расскажу.

— Но ты придешь завтра на площадь?

— Нет, конечно. Там будет столько журналистов, что кто-нибудь так или иначе выйдет на мою настоящую личность, которую я пока не готова раскрыть.

Фотограф бросил взгляд на Клода, который заинтересованно смотрел в нашу сторону и согласился:

— Хорошо. Поговорим в отеле. И тебе придется меня внимательно выслушать, Лира Элиссон!

Оставшееся в полете время я провела, как и в первый раз, насладившись сном. Отчего-то во время полетов мне спалось особенно сладко.

Райан не обращал на меня никакого внимания, словно меня и не существовало. От этого стало по особенному обидно. После того, как спел с настоящей мной, все той же мной, но с измененной внешностью, его словно подменили. Даже фаворитки не были удостоены особого внимания, а потому, отвернувшись к иллюминаторам, обиженно сопели.

Как и было обещано, до отеля мы ехали в машине Макнамары, потому на границе все вопросы были решены в считанные минуты, и в отеле нам не пришлось толпиться с другими работниками турне на ресепшене. Мы с Дюком получили ключи и договорились встретиться в ресторане через двадцать минут. Мой номер вновь оказался под самой крышей, а номер друга — на первом этаже. Единственное отличие, в этот раз на моем этаже было десять номеров, а не два. Отель в Барселоне был несколько скромней, чем в Лондоне, но также прекрасен. К номеру вообще претензий не было: кремово-шоколадные тона, мебель из дерева с крепом, большие окна и обилие света во всех трех комнатах. Да, на этот раз вновь именно три… Я бросила вещи, переоделась и спустилась в ресторан, где за столиком меня уже ожидал друг.

Заказала паэлью с морепродуктами и тапас. Друг предпочел гаспачо и мясо с овощами. Решив, что необходимо расслабиться, мы и по кружке пива взяли. Отведывая блюда традиционной кухни, продолжили тему, начатую еще в самолете:

— Ты совершишь самую большую ошибку в жизни, если не пойдешь на встречу, — без обиняков начал друг.

— Это еще почему?

— Райан тебе нравится. И, судя по его поведению, это взаимно.

— Да, он не прочь переспать со мной, но только в том случае, если буду без грима. Мне должно полегчать от этого? — я сделала глоток ледяного бархатистого напитка и бросила в рот пару оливок, фаршированных лососем.

— Если бы он хотел только переспать — пригласил бы в номер, а не на прогулку.

Друг черпал ложкой суп и с удовольствием его ел. Я поморщилась. Не от его слов — они, как раз, были вполне справедливы. Поморщилась от вида супа. Ну как можно есть томатный суп, да еще с сельдереем и свежим огурцом?

— Фу!

— Нет, Лира. Фу — это вьетнамский суп из утиной крови, а гаспачо великолепен!

Хорошо, что в этот момент я не жевала, иначе непременно содержимое моего рта полетело бы в Дюка. Не сомневаюсь, что он и, правда, пробовал такой суп.

— Хватит коситься на меня так. Ты пробовала этот суп?

— Нет, спасибо. Не тянет.

Друг отложил ложку и пленительно улыбнулся, словно выиграл какой-то спор.

— Что?

— Ты злишься на Райана, а сама такая же. Судишь о вещах и людях лишь по внешности, не давая им шанса, делая выводы без достаточных оснований. Попробуй, — он протянул мне ложку. — Ведь, пока не попробуешь, не поймешь, нравится он тебе или и правда — «фу»?

Я покосилась на философа, протянутую ложку, затем на суп. Ох, как мне не хотелось пробовать густую красную субстанцию, но Дюк совершенно справедливо меня упрекнул. Решилась. Зачерпнула немного и, сморщившись, слизнула суп с кончика ложки. В удивлении распахнула глаза и встретила насмешливый взгляд:

— Надо взять побольше, чтобы понять.

Зачерпнула полную ложку и ощутила всю гамму вкуса. Оказалось, мои предубеждения были напрасны. Суп не только вкусный, он великолепный. Да, я прежде не ела ничего подобного, но, дав шанс необычному, не пожалела и поняла, что это вкусно!

— Ну, так как? Не хочешь попробовать, прежде чем отвергнуть? — я сразу поняла, что мужчина говорил уже не о супе, а о Райане.

— Дюк, тут… дело даже не в том, чего я хочу. После нашей встречи, на Джаззи он даже не смотрит. Это еще раз говорит о том, что кроме внешности его ничто не волнует. А внешность явление преходящее. С таким человеком не построить длительных отношений.

— У тебя сейчас вообще никаких отношений нет. И что плохого в прогулке с парнем, который тебе нравится?

Я задумалась. Таким образом вопрос даже не ставила, а стоило бы. Впрочем, мне ни к чему лишнее внимание.

— Ты хотя бы на секунду можешь себе представить, сколько журналистов заявится на эту встречу?

— Ты написала об этом в блоге?

— Разумеется. Информацию слышали триста человек. Думаешь, все они будут молчать? Я журналист, и должна писать обо всем мало-мальски имеющим значение. Я вижу в этом одно. Райан нашел девушку, за счет которой может себя пропиарить. Симпатичная, неплохо поет, но, самое главное — загадка! Ведь она сбежала от самого Макнамары! Кто она, таинственная золушка?

— Хорошо. Но ты можешь изменить правила игры и посмотреть на его реакцию, чтобы убедиться в своей правоте либо наоборот.