Жениться за 30 дней, или Замуж по-быстрому (СИ) - Романова Екатерина "katerinaromanova" - Страница 28

— Поменять место встречи! — осенило меня. — Если ничего не скажет Лире, своей журналистке, то не хочет огласки… Если придет без журналистов, значит, его заинтересовала именно я, а не моя внешность.

— Да перестань ты уже носиться со своей внешностью! Да, мужики любят глазами, но ведь и Райан не чучело. Передай ему записку с новым местом, приди и просто хорошо проведи с ним время, чтобы было, что вспомнить. Наверняка, ты и не мечтала, что в Испании у тебя будет такой шанс…

Пришлось заказать второй бокал и дополнительную порцию тапас, чтобы признать правоту друга и смириться с ней. Признать было проще, чем принять. Я действительно была слишком высокого мнения о себе и своем внешнем виде. Считала себя хорошим журналистом, а сама не смогла взять обычное интервью, повелась на провокации. А внешний вид — не моя заслуга. За это надо спасибо родителям сказать.

Если задуматься, то мое предубеждение к Макнамаре основано лишь на том, что он всем нравится, а я привыкла плыть против течения. Ведь только бревно и мертвая рыба плывут по нему.

— Хорошо. Я так и сделаю. Спасибо тебе, Дюк. Не представляю, чтобы я без тебя делала!

— Глупости всякие.

— Это точно, — усмехнулась и бросила в рот очередную оливку. Испания нравилась мне все больше. И за солнце, и за оливки, и за надежду на лучшее…

Мы еще немного посидели, и я все больше убеждалась, что друг предлагал верное решение. Расходились довольные и радостные. Я радовалась вдвойне, ведь мне предстояла репетиция. В Лондоне педагог пригласила меня на занятия, за два часа до концерта. Именно столько и осталось.

А вдруг на репетиции будет Райан? Пришлось забежать в номер и изменить внешность: слегка подкрасить глаза и губы, освежить цвет лица, изменить одежду и снять линзы. Из-за этого я опоздала к началу, но педагог была рада меня видеть. Я не ошиблась. Райан был там и широко улыбнулся, заметив мое присутствие. Распевка и репетиция заняли не более получаса, после чего женщина обратилась ко мне:

— Клодин, золото мое, ты должна сегодня заменить Ревеку.

— Простите, но не думаю, что это возможно, — я подошла к женщине, чтобы никто не слышал нашего разговора, однако Макнамаре закон не писан. Он встал рядом, положив ладонь на мое плечо, улыбнулся:

— Не переживай. Высоких нот для бэк-вокалисток в моих песнях нет. А наши голоса — идеально сочетаются. Ты просто обязана…

— Дело не в этом. Я не смогу сочетать помощь девушкам и выступление. Нельзя одновременно быть в двух местах.

А ведь сейчас я должна быть в другом месте: ехать с Дюком на место выступления.

— Кому ты помогаешь?

— Лейле и Каре, — не моргнув глазом, уверенно выпалила я, надеясь, что и Лейла, и Кара действительно есть среди моделей или швей. Макнамара пожал плечами. Я была уверена, что он поименно своих моделей не знает, а потому ложь останется нераскрытой. По крайней мере, сейчас.

— Очень и очень жаль. Но, если передумаешь, обратись к Луне. Она все устроит. Мне было бы приятно знать, что наши голоса звучат в унисон.

Карие глаза совсем рядом с моими, а теплая рука Райана переместилась на мою талию. Так хорошо и уютно было в этот момент…

— Райан, давай еще раз пройдемся по песне «На острие любви» и отправимся на площадку.

— Конечно, — он крепче сжал меня на прощание и проводил взглядом.

От Дюка было пять пропущенных. Я стрелой метнулась в номер, переоделась, нацепила парик, линзы и стерла макияж. Друг был недоволен, но воспоминание о теплых объятиях Райана и летящих ввысь нотах грели мою душу.

Перед концертом, как и обещала Клоду, явилась к гримерку к Макнамаре, чтобы взять интервью. На этот раз мне не досталось ни скабрезных шуточек, ни пошлых улыбок, ни двусмысленных намеков. Мужчина был рассеян, задумчив и не в меру молчалив. Впрочем, отвечал, как и всегда, в своей манере.

— В прошлый раз мне не удалось задать ни единого вопроса, поэтому сегодня постараемся наверстать упущенное.

— Хорошо.

— В Лондоне ты выбрал для концерта Альберт Холл, самый большой концертный зал Великобритании на пять с лишним тысяч мест. В Барселоне — Дворец каталонской музыки на две с лишним тысячи мест, кстати, великолепная площадка с превосходной акустикой.

— Совершенно верно.

— Вопрос. Почему же турне началось с концерта в Дирлии? Всего пять сотен зрителей, да и помещение, мягко говоря, необычное. У нас достаточное количество концертных площадок на тысячу и более мест, которые куда лучше подходят для проведения концертов.

— Это дань одному из событий моего прошлого, произошедшему одиннадцать месяцев назад, — мужчина откинулся на спинку дивана и задумчиво меня разглядывал. Поежилась под изменившимся, пристальным взглядом и поправила очки, делая пометки в блокноте.

— Что за событие?

— Почему ты носишь очки, у тебя ведь хорошее зрение?

— Так я выгляжу солиднее. Но этот номер не пройдет, — решила выкрутиться. — В прошлый раз ты не ответил ни на один вопрос, а я обещала Клоду делать ежедневные интервью и обзоры. Так что за событие?

— Оттуда все началось… Но предпочитаю об этом не распространяться.

— Таинственный Райан Макнамара? Где же шутки и пошлые намеки?

— Что, не нравится обратная сторона звезды?

Он все-таки стащил с меня очки и смотрел, казалось, в душу, а не в глаза. Поежилась. Стало немного не по себе. Как только будет в лучшем расположении духа, нужно обязательно узнать, что случилось почти год назад. Почему-то казалось, что сейчас не время. Что так сильно повлияло на блондина? Наш с ним дуэт, который и мое сознание перевернул, либо что-то еще?

— Я могу получить обратно свои очки?

— Нет, — спокойно произнес он и, легко переломив уродливый аксессуар, метким броском отправил его в мусорное ведро.

От негодования я раскрыла рот и пыхтела, как паровоз, но… Настроение собеседника не давало сорваться. Куда проще кричать и давать волю эмоциям, если блондин сам вынуждает: подтрунивает, отпускает неподобающие комментарии. Но он сидит, невозмутимо спокойный, и смотрит так внимательно, что у меня все внутри с ног на голову переворачивается:

— Зачем?

— Они тебе не нужны. Ты симпатичная женщина, но прячешь красоту за уродливыми аксессуарами и неподходящей одеждой. Не нужно.

— Платье тоже сорвешь? — вырвалось как-то само собой, но и этот выпад должной реакции не получил.

— Будут еще вопросы по интервью?

— Конечно. Ведь ты не ответил даже на первый.

— Я ответил, но не так, как тебе бы хотелось. Увы, эту сенсацию я не предоставлю никому.

— Понятно. Так и помечу, что событие одиннадцатимесячной давности было сенсацией, — наконец, на губах Райана появилась улыбка. Но какая-то грустная улыбка. — Второй вопрос. Турне проходит под слоганом «в поисках единственной». Если все так, зачем фаворитки?

Мужчина, облокотившись о спинку дивана, провел большим пальцем по губам, тщательно подбирая слова.

— Знаешь, этот мир — необыкновенное место. В нем столько красивых женщин… Хочешь эксклюзив — пожалуйста. Я тайно завидую мужчинам, которые могут взять и определиться. Просто посмотреть в глаза избраннице и понять, что она — та самая.

— У тебя достаточно четкие критерии. О них весь интернет судачит. Выходит, ты прекрасно представляешь, чего хочешь.

Мужчина поджал губы. Возможно, его мировосприятие начинает меняться? Но, что стало тому причиной?

— Мне так казалось. Да. Женщины, которыми я окружен, одна лучше другой. Они прекрасно подходят, чтобы скрасить досуг, сделать мою жизнь более приятной. Некоторые хорошие профессионалы, некоторые талантливы, некоторые умеют слушать, а некоторые доставляют особое удовольствие в постели.

Я закатила глаза, но на этот раз Макнамара не был намерен шутить или юлить:

— Секс — немаловажная часть нашей жизни, Лира. Если бы мог, я бы объединил все названные качества в одну женщину, но… За все время не удалось встретить подобного сочетания.

— Быть может, стоит несколько понизить планку? — закинула ногу на ногу и тоже откинулась на спинку дивана, чтобы лучше видеть собеседника.